Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Мальчики не хотели причинить вреда девочкам. Они просто хотели их изнасиловать». История трагедии, в которую сложно поверить
  2. Стали известны зарплаты старших сыновей Лукашенко
  3. Пропагандистку Ольгу Бондареву отчислили из университета
  4. Сооснователь инициатив BY_help и BYSOL Леончик — об исчезновении Мельниковой: «Есть информация относительно ее возможного маршрута»
  5. Азаренок заявил, что пророссийская активистка из Витебска — агентка Запада, живущая на деньги «пятой колонны»
  6. «Перед глазами стоит скорчившаяся Мария Колесникова, которую тащат из ШИЗО». Экс-политзаключенная — об ужасах тюремной медицины
  7. «То, что Лукашенко не признал Крым, страшно раздражало Путина». Большое интервью «Зеркала» с последним послом Украины в России
  8. «Я снимаю, он выбивает телефон». Беларусский блогер Андрей Паук рассказал, что на него напали у посольства РФ в Вильнюсе
  9. Кухарев заявил, что минчане получают по тысяче долларов в среднем. Но чиновник не учел важный момент
  10. США отменили гранты на демократию для стран бывшего СССР, в том числе Беларуси
  11. Десятки случаев. Узнали, как проходят проверки КГБ на железной дороге
  12. Что умеет программа, которой беларусские силовики «вскрывают» смартфоны? Рассказываем
  13. «Впервые за пять лет попросили показать второй паспорт». Как проходят проверки на границе Беларуси с ЕС
  14. Российские войска безуспешно пытаются вытеснить ВСУ из Белгородской и Курской областей — ISW
  15. Основатель NEXTA попал в список Forbes «30 до 30»
  16. В Польше подписан закон, который касается и беларусов. Что меняется для мигрантов
  17. Легко ли беларусу устроиться на фабрику, куда Лукашенко пригласил мигрантов из Пакистана
  18. Зачем Беларуси пакистанские рабочие и готово ли общество их принять? Мнение Льва Львовского


Врачи больницы скорой медицинской помощи рассказали, как лечили 12-летнего Романа Когодовского, который вынес из огня маленького брата. Мальчик провел в реанимации несколько месяцев и перенес 20 операций, сообщает информационное агентство "Минск-Новости".

Фото: сайт Занарочанской средней школы
Фото: сайт Занарочанской средней школы

Напомним, 28 апреля в многодетной семье Марии и Алексея из деревни Сидоровичи Мядельского района случилась беда. Вечером, когда папа поехал в соседний поселок, чтобы встретить маму с работы, в их доме произошел пожар. В это время там находилось двое мальчиков: 12-летний Рома и Ваня, которому на тот момент был год и четыре месяца. Спасаясь от огня, старший брат разбил в одной из комнат окно и вынес малыша. С Ваней все хорошо. Рома, вспоминает мама Мария, получил ожоги более 65% тела.

В тот же день школьника на вертолете МЧС доставили в Республиканский ожоговый центр. Здесь Рома провел пять месяцев — сначала в реанимации, потом в детском отделении.

— В лечении Романа кроме персонала нашего отделения участвовало большое количество специалистов разного профиля. В отделении каждый день проводился консилиум, оценивалось состояние пациента и принималось взвешенное решение по плану лечения. Привлекали инфекционистов, офтальмологов, ЛОР-врачей, эндокринологов, урологов, нефрологов, детских хирургов. Все работали сплоченно — и победили. Это было сложно для всех: врачей, медсестер, санитарок — сопереживали, плакали. Что же говорить о маме Романа! Она — мужественная женщина. Очень помогло ее присутствие в палате сына. В нашем отделении мы настоятельно рекомендуем родителям находиться рядом с детьми, — говорит заведующая отделением анестезиологии и реанимации Лариса Золотухина.

Сначала Рома находился в медикаментозной седации. Вывели из нее Романа, когда приехала его мама. Говорить он не мог — только что-то показывал мимикой, глазами. Но врачи признаются, за долгое время лечения начали понимать, о чем так "говорит" мальчик.

По словам врачей, ежегодно в стране отмечается до 3−4 подобных случаев ожогового травматизма у детей.

 — Через реанимационные отделения проходят до 150 несовершеннолетних с ожогами кожных покровов, требующих проведения целого комплекса реанимационных и хирургических мероприятий. Однако случай Романа — наиболее сложный и, пожалуй, длительный за нашу практику. Площадь обожженной поверхности тела у Ромы составляла 62%, из которых 51% — это глубокие ожоги, требующие оперативного лечения с применением наиболее современных методов замещения кожных покровов. Увы, как показывает практика, в таких ситуациях быть уверенным в благополучном исходе невозможно. Ожоговая болезнь, наверное, самая непредсказуемая из всех существующих, так как в ответ на травму кожи нарушаются функции всех органов и систем. Только когда нашего юного пациента перевели из реанимации в детское ожоговое отделение, мы смогли вдохнуть более свободно, — говорит главный внештатный комбустиолог Министерства здравоохранения Алексей Часнойть.